Что выиграли, а что проиграли?


dva beregaПосле 20-летнего скатывания вниз по наклонной мы пытаемся остановить падение всего и вся  и снова увидеть свет, пусть даже в конце туннеля. Определенные шаги предпринимаются, но для того, чтобы быть более точным и объективным, изначально стоит четко понять: что мы потеряли, а что выиграли за эти два десятка лет? Быть может, есть еще какой-то невидимый на первый взгляд потенциал, который даст толчок, и мы почувствуем прилив крови в мышцах, разогнем сгорбленные спины и уверенной поступью двинемся навстречу новым победам и свершениям.

Мы пригласили двух приднестровских экономистов, которые застали распад Молдавской ССР, для того, чтобы узнать их мнение на волнующую нас тему. Своим мнением о сложившейся в соседней Молдове ситуации поделились правобережные эксперты. Также мы узнали, что думают об этом проиходие на улицах приднестровских городов.

Обо всем в подробностях читайте далее.

Юрий Сафронов, завкафедрой «Финансы и кредит» экономического факультета ПГУ им. Т. Г. Шевченко (Тирасполь):

- С 1992 года Приднестровье потеряло самое главное: мы были частью единого народнохозяйственного комплекса СССР и развивались по плану всесоюзного значения. Практически весь наш промышленный потенциал был ориентирован на огромную страну. В Приднестровье было возведено много предприятий, удаленных от сырьевых источников, потому что у нас было избыточное население. И проблема доступности сырья была не главенствующей. Не стоит скидывать со счетов и тот факт, что многие советские руководители были выходцами с левого берега Днестра, и когда они пришли к власти, то активно стали развивать именно левобережье МССР.

Когда Приднестровье отделилось, от бывшей МССР нам досталось 10% территории, 11% населения, 35-37% промышленности и 12% земель сельхозназначения. Из 9 консервных заводов 6 были расположены у нас.

То, что часть предприятий выжила за эти годы, это заслуга самих предприятий  и министерства экономики, а не республики как таковой.

Когда в 1998 г. создалась сложная критическая ситуация, правительством был предпринят ряд мер, который позволил удержать на плаву крупную промышленность. А средние и мелкие предприятия, например, мебельной отрасли, погибли. Мы потеряли АПК благодаря провозглашенной идее: «зачем нам сельское хозяйство, нас промышленность прокормит».

Сейчас мы пытаемся возродить то, чем мы кормились. Но тогда был целый комплекс, а сейчас идет фрагментарное восстановление. Нам нужно возродить то, что было. В союзное время один Слободзейский район производил по 1 кг фруктов и овощей на каждого жителя СССР. По статистике, на 1000 жителей этого района было 74 машины, это больше, чем показатели Кишинева.

К сожалению, реальных стимулирующих действий по выравниваю ситуации в сельском хозяйстве сегодня не наблюдается, кредиты получают отдельные предприниматели. А нам нужны сельскохозяйственные финансово-промышленные группы вертикальной ориентации.  2-3 предприятия переработки, а все остальные звенья единой цепи ориентированы и заинтересованы в их бесперебойной и полномасштабной работе. Помните, в Советское время был «Молдагропром». Вот и сейчас нам нужен аналогичный комплекс, который бы включал финансирование, производство, переработку и сбыт конечного продукта. Неважно, будет это государство или частник, нужен выход на международный уровень. Должна быть определенная аграрная политика: сколько и чего сеять в стране. Полномасштабное возрождение АПК поможет закрыть бюджетные прорехи примерно на 30%-40%.

Возвращаясь к первоначальному предмету разговора, можно сказать, что потеряли мы гораздо больше, чем приобрели. Утратили связи, сельское хозяйство, продолжаем терять трудоспособных людей, уезжающих за пределы Приднестровья. У нас переизбыток жителей пенсионного возраста, и наши ресурсы не в состоянии обеспечить им приемлемый уровень жизни. Что выиграли? Относительную свободу, только до конца не понятно, от чего. Возможность жить на своей земле и говорить на родном языке.

expertАнатолий Кокошко, преподаватель экономических дисциплин Тираспольского филиала МИПП, в прошлом замминистра экономики:

- Начиная с 1992 года, мы ничего не приобрели; все, что можно, потеряли. В советское время в Приднестровье на 600 тыс. человек было около 37% промышленного потенциала, тогда как в Молдове на 4 млн. жителей – всего 63%. Казалось бы, Приднестровье должно было выиграть, но этого не произошло. Воспитанные на лозунге «пусть воруют, но пусть делятся» люди стали у руля республики, при их согласии была проведена «денежная» (для приватизаторов) приватизация, и в государстве установился негласный порядок по принципу «а что я с этого буду иметь?». Это и оказало губительное влияние на социально-экономическое состояние Приднестровья.

Мы помним, как ведущим вектором развития экономики определили рост промышленности, напрочь загубив сельское хозяйство. А ведь именно аграрный сектор являлся основным для нашего региона. Причем, не сырьевой компонент, а уже конечный продукт. Соотношение стоимости сырья и конечного продукта во всем мире примерно 1:10. Поэтому акцент нужно делать на производстве и сбыте конечного продукта.

Новая команда действующей власти нацелена на изменения. Все об этом говорят, но как сделать – не знают. 100 дней правления новой власти прошли, но особых изменений нет. В настоящий момент мы очень зависимы от России. И если Российская Федерация будет сильной, то и мы пристроимся.

Приднестровью нужно создавать материально-техническую базу для производства конечной продукции. Самым оптимальным вариантом будет создание системы естественных социально-экономических отношений, при которой первичным является организация работ, а вторичным – их финансирование. Таким образом, и производитель, и финансист будут заинтересованы в успешности конечного продукта. Например, в Японии 8 крупнейших финансово-промышленных групп, доход банкиров в которых полностью зависит от успешности финансирования ФПГ.

Любой президент – организатор работ, организатор команды, в которой каждый делает свое дело четко и ответственно. А если первое лицо государства окружает себя подхалимами, то успеха не видать.

expertВалерий Прохницкий, эксперт по экономике , «Expert group» (Кишинев):

- В 1990- 1991 годах годовой доход на душу населения в Республике Молдова составлял около 3 тыс. долларов. Это меньше, чем нынешний аналогичный показатель, который исчисляется 3,5 тыс. долл.

С момента распада Советского Союза экономика Молдовы перенесла два тяжелых потрясения  и пострадала больше, чем остальные страны постсоветского пространства.

Исследования продемонстрировали, что распад СССР обернулся для Молдовы потерей рынков сбыта и льготных цен на энергоносители. И второй момент – это то, что продолжает негативно влиять на экономику до сих пор – в Приднестровье остается значительный промышленный потенциал, в том числе и производство электроэнергии, что является дополнительным преимуществом для  любой экономики переходного периода. Очевидно, что распад целостной экономической системы МССР привел к катастрофическим потерям и шоку.

За это время Молдова прошла путь рыночной экономики, а в Приднестровье наблюдается сочетание элементов рыночной экономики с элементами политического и олигархического контроля над всеми процессами в государстве, причем, более мощным, чем в Молдове.

До 2005 года был нормальный товарообмен между Приднестровьем и Молдовой. Можно было увидеть машины из Приднестровья на молдавских рынках и около супермаркетов, и наоборот – владельцы машин из Молдовы приезжали в Приднестровье и покупали местные продукты и товары. Все это нарушилось после того, как в 2006 году в ответ на требования Молдовы упорядочить таможенное оформление приднестровских агентов в рамках закона единой страны, Приднестровье ввело заградительные 100% пошлины на товары из Молдовы. В этот момент сильно пострадали экономики обоих берегов Днестра. Сегодня Приднестровье расценивает поставки товаров в Молдову как экспорт, в то время, как Молдова считает это внутригосударственной торговлей и не относит к внешнеэкономическим показателям.

Александр Фала, научный сотрудник Института экономики, финансов и статистики (Кишинев):

- За последние 20 лет определенное влияние на экономику Молдовы оказал молдо-приднестровский конфликт. С одной стороны, наблюдались прямые потери во время острой стадии конфликта. С другой стороны, этот замороженный конфликт негативно влияет на инвестиционный имидж республики Молдова до сих пор. Многие бояться вкладывать деньги в экономику страны, где есть подобная неразрешенная региональная   ситуация.

Товарообмен не может быть исключен. Также существует целый ряд обменов, как на уровне населения, так и между экономическими агентами, и бизнес не может развиваться без взаимодействия с представителями обоих берегов Днестра.

Теоретически, серые схемы товарооборота могут существовать, но это приведет к плачевным последствиям,  как на левом, так и на правом берегах.

У нас есть ситуация, когда машины старше семи лет, зарегистрированные в Приднестровье, а потом перевезенные в Молдову, не проходят процедуру растамаживания, чем наносится  ущерб молдавскому бюджету.

Люди говорят

«Что мы приобрели, а что потеряли за последние 20 лет?»

Антонина Павловна:

- Лично я потеряла семью. Когда мы вынуждены были уехать из Кишинева в Приднестровье в 90-х, то мой муж не смог найти тут работу по специальности, и уехал на заработки в Россию. Так я осталась соломенной вдовой с двумя детьми.

Евгений:

- Мы потеряли веру в то, что когда-нибудь здесь будет что-то хорошее. С каждым годом ситуация все ухудшается, признание региона откладывается на неопределенный срок, со всеми вытекающими. Жить становится невмоготу.

Николай Тимофеевич:

- Я приобрел квартиру за это время на деньги, которые заработал за пределами ПМР. Что потерял? Наверное, немало здоровья. Тут у нас хорошо, речка, природа, птицы вон поют. Только люди нищими все больше становятся. А так – жить можно.

Елена:

- Мы потеряли доброту. Посмотрите, все озлобленные, один другого хочет обмануть, не жизнь, а какая-то борьба за выживание. В Советское время такого не было, люди были дружнее, веселее, честнее и добродушнее. Да и стабильность была, меньше болели из-за нервных стрессов.

 

Ната Скуртул, Константин Уздрис

Материал опубликован в рамках проекта «Укрепление потенциала приднестровских СМИ в освещении социальных и экономических вопросов», осуществляемого Центром независимой журналистики (ЦНЖ), при финансовой поддержке Посольства США в Молдове. Мнения, выраженные в материале, принадлежат авторам и экспертам и не отражают взгляды донора”.

 

  1. Пока нет комментариев.

Обязательно надо войти в систему для комментирования.