Лучистая любовь


0_cef20_a1e10a55_XLЗНАМЕНИТЫЕ ЗЕМЛЯКИ

Тираспольчанин Михаил Ларионов – выдающаяся фигура XX века. Не менее знаменита история его брака и любви.

Судьба так решила…

Они родились в один год и в один год – десяти от роду лет – переехали из провинции в Москву (1891 г.), в один год поступили в одно и то же учебное заведение (Московское училище живописи, ваяния и зодчества). В один день и час встретили любовь всей своей жизни. Речь о зачинателях русского авангарда в живописи Михаиле Ларионове и Наталье Гончаровой. Наталья Гончарова, происходившая по прямой линии из семьи Наталии Гончаровой, жены Александра Пушкина, родилась в семье архитектора в Тульской губернии, в имении своей бабушки, по соседству с толстовской Ясной Поляной.

Ларионов родился в Тирасполе. За ним, можно сказать, скромное обаяние по-старому – херсонских, а теперь – приднестровских садов и виноградников, белёных домиков и крестьянских каруц (кстати, он их много рисовал и сохранил интерес и любовь к крестьянскому быту, козам, коровам, животным из детства до конца жизни).

Она привыкла к усадебному быту в тенистых дубравах. Он даже на вид – мужик мужиком. Белобрысый, таких ларионовых пруд пруди, если не считать, конечно, возбуждённого блеска в глазах, вдохновлённого выражения лица. Гончарова, которая тогда занималась лепкой, тоже попала под их оригинальное обаяние. Тем более, что он как-то заявил: ей не лепкой надо заниматься, а картинами: «У вас глаза – на цвет!» И ведь угадал…

луч1Суфражистка и перформанс

Эпоха стояла истинно предреволюционная…. По теории Гончаровой, женщины должны были ходить бритые и с открытой грудью. Художника без зрителей не бывает… Сама Гончарова в мужском костюме, с буквами и другими таинственными знаками на лице, эпатируя публику, прогуливалась по Москве. Пресса и обыватель негодовали, популярность художников среди коллег росла. На студенческом собрании в училище живописи, ваяния и зодчества, где обсуждались организационные вопросы, вошедший в аудиторию с Ларионовым Маяковский – тогда тоже ученик художественного училища, – попросив слова, провозгласил своим великолепным голосом: «Присутствующий здесь Михаил Фёдорович предлагает расписать председателя». Зал грохнул…

Художник и художница жили в особняке Гончаровых в Трёхпрудном переулке. И хотя жили как супруги, бумагу об этом решили получить лишь через пятьдесят лет (!), когда понадобилось составить завещание.

Сохранилось трогательное фото пожилых новобрачных возле парижской мэрии: у обычно строгой Натальи Сергеевны на лице немного растерянная улыбка…

«Русские сезоны» семейной пары

Они покинули родину как бродячие комедианты, в 1915 году отправившись по миру за «Русскими сезонами». В швейцарском городе Уши импрессарио и меценат Сергей Дягилев окончательно сформировал свою труппу: Михаил Ларионов, Наталья Гончарова, Леон Бакст, хореограф Леонид Мясин, композитор Игорь Стравинский. В итоге за несколько лет были осуществлены восемь балетных постановок, включая «Литургию», «Садко», «Полуночное солнце», а также создан танец на музыку оперы Римского-Корсакова «Снегурочка». Мельпомена увела творческую пару от надвигавшихся революций и гражданской войны. Ларионов, правда, успел повоевать в Первую мировую, получить ранение, которое даст знать о себе в конце 30-х, когда его здоровье резко ухудшится.

Ларионов стал ближайшим советником Дягилева по части пластического решения танца, он практически исполнял обязанности хореографа. Сценографические находки принадлежали Гончаровой. Вместе супруги работали над множеством постановок дягилевской антрепризы, среди которых были «Шут», «Классическая симфония» С. Прокофьева, «Байка про лису» И. Стравинского и другие.

Наталья Гончарова, Леонид Мясин, Игорь Стравинский, Михаил Ларионов, Леон Бакст

Наталья Гончарова, Леонид Мясин, Игорь Стравинский, Михаил Ларионов, Леон Бакст

В 1920 годы Ларионов устраивал в Париже балы для художников – «Большой заумный бал-маскарад», «Банальный бал», «Бал Большой Медведицы». Михаила Фёдоровича избрали вице-президентом Союза русских художников Франции. Позже он начал писать историю театра, завершил книгу воспоминаний о русском балете, мемуарные статьи о Дягилеве, Пикассо, Стравинском.

Модная женщина

Гончарова уходила в свою мастерскую в нескольких шагах от дома, на улице Висконти, 13. Она становилась всё больше похожей на настоятельницу монастыря, как сказала о ней Марина Цветаева, несмотря на то, что выполняла в то время заказы дома Шанель, эксцентричной балерины Иды Рубинштейн и модного журнала Vanity Fair. А в начале века она, по воспоминаниям Дягилева, вообще считалась законодательницей моды среди богемы: «Самый знаменитый из этих передовых художников – женщина. Гончаровой нынче кланяется вся московская и петербургская молодёжь. Но самое любопытное – ей подражают не только как художнику, но и внешне. Это она ввела в моду рубашку-платье – чёрную с белым, синюю с рыжим».

Наталья Сергеевна – из тех самых Гончаровых. И она – тоже Наталья. Это совпадение притягивало к художнице Цветаеву, которая написала о ней интереснейшее эссе, запечатлев облик «настоятельницы» через год после того, как познакомилась с ней в ресторане «Варэ» на улице Сен-Бенуа, который очень любила творческая чета. Однако Гончарова по своему складу не была способна на тесную дружбу, на что Цветаева очень обижалась.

Ларионов, напротив, был само обаяние и открытость. Его друзьями сразу стали все парижские знаменитости.

 Возвращение на родину

Несмотря на свои увлечения на стороне и даже долгие романы с другими женщинами, мужчинами, Ларионов и Гончарова и в этот период переписывались и встречались. То есть духовно не расставались никогда! И это самый удивительный факт их биографии.

Художники пережили немецкую оккупацию, оставаясь в Париже. После войны о них стали забывать, но появился добрый ангел в лице Мишеля Сефора, который в статье «Абстрактное искусство: его зарождение, его первые мастера» убедительно показал значение для художественного мира двух русских «лучистов». В декабре 1948 года под его же руководством в галерее под символичным для русской пары названием – «Два островка» (Galerie des Deux Îles) – открылась их выставка,

Наталья Гончарова и Михаил Ларионов

Наталья Гончарова и Михаил Ларионов

В 1961-м Гончарова тяжело заболела артритом и уже не выходила из квартиры. 17 октября 1962 года ее сердце перестало биться.  Ларионов пережил ее на полтора года: ушёл из жизни 10 мая 1964 г. Оба покоятся на кладбище Иври в пригороде Парижа. Ларионов хотел, чтобы их многоликие детища снова вернулись в Россию. Его воля была исполнена – в конце 80-х в Третьяковку прибыл ценный груз, в котором, по описи, было 797 произведений живописи, 11 538 графических работ, несколько тысяч архивных документов, 6300 книг, 3745 журналов, около 3 тысяч открыток, репродукций. Это душеприказчица Ларионова А.Томилина передала в дар Советскому Союзу его работы и работы Гончаровой.

Алена Стриж (АиФ)

  1. Пока нет комментариев.

Обязательно надо войти в систему для комментирования.